Category: литература

Zly pies Srbski

Триумф семян. Тор Хэнсон.

Triumf_semyan.jpg

Однажды в детстве я стал свидетелем удивительного явления. Кто-то осенью выбросил в компостную яму какие-то помои, среди которых была куча гороха. Зимой это дело присыпало снегом. Весной на этом месте образовалось неприглядное месиво. Каково же было моё удивление, когда ближе к лету из этой кучи показались нежные ростки. А ещё спустя какое-то время я задумчиво жевал сочный сладкий горошек с кустиков из компостной ямы и размышлял о том, как же всё-таки в природе всё интересно устроено. Почему он сразу не пророс в компостной яме? Как он перезимовал? Почему не сгнил вместе с остальными отходами? С чудом возникновения жизни из как-будто безжизненного комочка рано или поздно сталкивался каждый из нас. Кого-то впечатляло меньше, кого-то больше, а кто-то об этом Collapse )
Zly pies Srbski

Географ глобус пропил. Алексей Иванов


(С)

Вообще, для того, чтобы что-то написать о прочитанной книге, мне требуется её осмыслить, а то и переосмыслить. Потому что по жизни до меня в принципе редко что доходит с первого раза. Мне нужно какое-то время. Но с этой книгой получилось как-то иначе. Дочитал я её сегодня по дороге на работу, а рефлексировать, как очевидно из предыдущего поста, начал ещё полторы недели назад.

Фильм я не смотрел и не стану. Хабенского я не очень люблю. Да и снять лучше, чем написано, вряд ли получилось. А если и получилось, то это, вероятно, какая-то другая история. А мне, пожалуй, хватит и этой. У книги, как и у фильма, довольно странное на мой взгляд название, из-за которого я добирался до книги дольше, чем мог бы. Но всё же добрался, хотя и не помню уже, что послужило окончательным поводом "за", и не жалею.

Где-то мне встретилась аннотация на одной из обложек: "книга о том, как в жизни главного героя нет места подвигу". Нельзя обвинить автора этих слов в передёргивании смысла, но звучит это заранее чертовски обидно и вызывает какую-то жалость к главному герою ещё до того, как откроешь книгу. На самом деле он не вызывает никакой жалости. Книга не вызывает желания ему сострадать и сочувствовать. Пока читаешь, да, действительно, спектр эмоций по отношению к герою довольно широк: от брезгливости до гордости. Но только закрывая книгу, понимаешь, что герой - совершенно обычный человек, как ты сам. С воспоминаниями о прошлом, с переживаниями о настоящем и светлыми мыслями о том, что где-то там далеко растут вековые ели и корабельные сосны и уносятся ввысь каменные берега, меж которых бегут холодные реки.

Это довольно простая и даже в чём-то наивная, но хорошая книга. Вот такая будет сегодня короткая рецензия.

Collapse )
Zly pies Srbski

Невстречи. Луис Сепульведа.



Ещё в "Старике, который читал любовные романы" Луиса Сепульведы, я понял, что отношения со временем у автора особенные. "Старик" оказался настолько хорош, что сборник рассказов "Невстречи" пришлось читать вне очереди. И действительно, отношения со временем и прошлым - одна из ключевых тем творчества чилийского писателя. Время - река, в которую невозможно войти дважды. Но прошлое не отпускает Сепульведу, и в своих рассказах он погружается в Collapse )
Zly pies Srbski

"Русский дневник" Джона Стейнбека



Сложно писать про книгу, которая не зацепила. Не то что бы не понравилась, а именно ничем не зацепила. "Русский дневник" Джона Стейнбека именно такая книга. Несмотря на длинное вступительное слово как самого автора, так и русскоязычных рецензентов (в том числе Владимира Познера) о том, для чего была вообще написана эта книга, в итоге я так и не понял, для чего же она была написана. Нет, не так. Поставленная писателем самому себе цель была понятна, недоумение вызвал результат. Так что скорее более уместным был бы вопрос, зачем она была опубликована. Я не верю, что Стейнбек был настолько наивен, чтобы верить тому, что ему показывали и рассказывали. Он хотел показать жизнь и мысли простых советских людей, познакомить с ними американского читателя, но по факту он видел только тот советский народ, который ему показывали. Конечно, нельзя исключать, что именно это Стейнбек, отдавая книгу в печать, и хотел донести до своего читателя. Избегая оценок и суждений, он просто перечислял факты, пробелы между которыми очень хорошо заполняются, зная (или хотя бы предполагая) истинное положение вещей. Но если так, то "вульгарные" правые США должны были бы ликовать. А они книгу как раз проигнорировали. Так же её проигнорировали и "истые" левые. В общем, в точности, как и предсказывал автор в конце книги: "Мы знаем, что этот дневник не удовлетворит никого – ни истых левых, ни вульгарных правых. Первые скажут, что он антирусский, вторые – что он прорусский. " Но они просто ничего не сказали, книга в принципе осталась незамеченной в США. В СССР книга много лет пролежала в спецхранилище и была переведена и опубликована на русском лишь в 1989. До конца жизни Стейнбек переживал, что его замысел так и не осуществился. Как не осуществился и его главный литературный замысел - книга (не дневник) о России.

Collapse )
Zly pies Srbski

Skunk works. Трудности перевода.



На прошлой неделе товарищ майор сделал мне строгий выговор за то, что, вдохновившись вечером моей рецензией, он до трёх ночи читал "Год в Провансе" и мало того, что не выспался, так ещё и чуть не умер от голода. Рекомендации же товарища майора в свою очередь носят совсем не кулинарный характер, поэтому на него мне по утрам жаловаться не приходится. На этот раз с его подачи я прочитал "Skunk Works: личные мемуары моей работы в Локхид" Бена Рича. Collapse )
Zly pies Srbski

Год в Провансе



В этом году отпуск снова сложился не так, как хотелось бы. Вместо очередного автопутешествия по Европе, мы немного уныло сидели на даче под Минском, смотрели в окошко на бесконечный дождь и играли в тихие игры. В конце отпуска, вернувшись домой, Н. под моим чутким руководством потушила восхитительные рёбрышки, запекла божественный картофель в прованских травах, дополнила это всё традиционным французским чесночным соусом и хлебом с хрустящей корочкой из французской пекарни, а я поставил на стол бутылку молодого розового вина урожая 2018 прямиком из виноградников Мариуса Пейоля. На десерт была заготовлена головка камамбера, который, правда, благополучно забыли в холодильнике. Мы позвали гостей и я приготовился рассказывать Collapse )
Zly pies Srbski

Цыплёнок и ястреб



И ещё про птичек, но не про тех. С подачи одного жыжыста попробовал книгу "Chickenhawk" и не смог оторваться, хотя тема совсем не моя. Это мемуары Роберта К. Мейсона - вьетнамского пилота "Хьюи", одного из самых узнаваемых вертолётов в мире, потому что его образ невероятно растиражирован Голливудом (один Апокалипсис Копполы чего стоит). Да и количество произведённых вертолётов (особенно считая китайские реплики) вроде как самое масштабное в мире. В общем, если вы в любом кино про Вьетнам видели обычный (не грузовой) вертолёт - это почти 100% "Хьюи" он же Bell UH-1 Iroquois.

Беда истории моего чтения в том, что я профукал все свои заметки на полях этой книги, да так и не понял, где и когда. В киндле нет, на сайте, куда я их экспортирую, тоже. В общем, печаль, с учётом того, что дочитал я эту книгу месяца два назад и сейчас уже традиционно ничерта не помню. Но кое-что, конечно, запало в память и душу. Поэтому с небольшими фотошпаргалками от автора, попробую Collapse )
Zly pies Srbski

Корфу. Дарреллы.



Когда-то много лет назад родители подарили мне книгу "Моя семья и другие звери". Даррелла я уже до этого как-то пытался читать - на книжных полках парой лет раньше я обнаружил "Мясной рулет". Но как-то он мне тогда лет в 5 не зашёл. И название занудное, и картинок не было. А вот "Моя семья..." чуть позже стала для меня окном в другой мир. Другой, но такой близкий и понятный мне. Так совпало, что я, совершенно городской ребёнок без бабушек и дедушек в деревне, никогда в жизни не ездивший летом даже в пионерлагерь, не трогавший корову за нос и не кусанный пчёлами, вдруг оказался в частном доме в почти что сельской местности. Внезапно вместо городских голубей вокруг оказались курицы и индюки. Вместо майских жуков я искал в дубравах огромных жуков-оленей. Во дворе вместе с котиками жили кролики. Меня жесточайше клевал петух, когда я пытался доказать ему своё видовое превосходство. Меня кусали осы, когда я их зачем-то ловил руками. Я таскал домой новорожденных котят, оказавшихся недалеко от дома в кустах в коробке от обуви. Я воровал соседских утят, потому что они были жёлтые и пушистые, а потом тайком, наигравшись, возвращал их обратно. Я выпускал осенью в классе из банки десяток мух журчалок, срывая урок. И, наконец, я часами мог лежать на крыше сарая и наблюдать за ящерицами, или сидеть возле ручья, рассматривая головастиков.

3281037_original.jpg

Я могу продолжать писать об этом очень долго, но пост немного не о том. Именно в этот, лучший свой период жизни, я прочитал книгу о мальчике Джерри, моём ровеснике, который дни напролёт проводил под греческим солнцем далёкого острова Корфу, занимаясь в общем-то тем же самым, чем и я. Для меня не существовало ни километров расстояния, ни многих лет, разделявших нас. Это был, наверное, самый мощный импринтинг в моей жизни, который сохранился по сей день.

Многое изменилось. Я так и не стал натуралистом. Не написал ни одной книги. Не работал в зоопарке или хотя бы зоомагазине. И даже не поймал ни одного колобуса. Но вот уже почти 30 лет я всё так же неизменно мечтаю о двух вещах - вернуться хотя бы на пару дней в те места, где мы когда-то жили в небольшом, но своём доме с большой красивой собакой, и побывать на Корфу. Можно сколько угодно придумывать отговорки и находить веские причины. Но теперь я точно знаю, что одной отговоркой для посещения Корфу у меня будет меньше.

https://boomstarter.ru/projects/948268/putevoditel_korfu_darrelly

Я крайне редко делаю репосты и уж тем более никогда раньше не репостил незнакомых мне людей, но этот случай особенный, мне хочется поделиться чем-то на самом деле важным для себя. Может, эта книга станет для меня стимулом всё-таки побывать в тех местах, о которых я мечтал долгие годы.



Участвовать в кампании по сбору средств вовсе не обязательно. Автор путеводителя blogo_go обещает выпустить книгу по индивидуальным заказам даже ограниченным тиражом по количеству желающих независимо от сборов на бумстартере. Очень надеюсь, что у неё всё получится.
Zly pies Srbski

Сапиенс Харари



Одна моя хорошая знакомая, будучи на зимовке в тёплых странах, стала свидетелем того, как в бассейне с лазурной водой один мужик другого нежно хватал за всякое разное, прижимался и даже целовал. Она мне стримила об этом в вайбер искренне возмущённо и с негодованием, на что я советовал ей умерить свой пыл, смягчить радикально-консервативные взгляды и расслабиться, ведь мы живём в свободном мире, а она ещё и в отпуске. На самом деле нисколько не собираясь занимать в споре чью-то сторону, я всегда готов вступить в полемику почти на любую тему, если оппонент изначально эмоционально сыплет аргументами в стиле "это ненормально, это грязно, так не должно быть" и т.д. В общем, обсудив геев, мы переключились на веганов и прочие девиации и в целом сошлись на мысли, что все мы живём в мире навязанных мифов и закоренелого человеческого сознания ими сформированного. Для закрепления материала я накидал ей цитат из очень модной ныне книги «Sapiens: Краткая история человечества» и постепенно наша дискуссия сошла на нет (ну, или мужики из бассейна переместились в номера).
[Цитаты]
Как отличить непоколебимые законы природы от биологических мифов, которыми люди пытаются освятить произвольно установленные нормы? Есть хорошее выражение: «Биология разрешает, запрещает культура». Природа охотно открывает перед нами самый широкий спектр возможностей. Но культура принуждает людей ограничиться лишь некоторыми и отказаться от всех остальных. Биология позволяет женщинам иметь детей — некоторые культуры принуждают их к реализации этой способности. Биология дает мужчинам возможность получать сексуальное удовлетворение друг с другом — некоторые культуры запрещают им реализовать эту возможность.

Культура обычно твердит, что запрещает лишь противоестественное, однако с биологической точки зрения противоестественного не существует. Все, что возможно, по определению естественно. Неестественное, нарушающее законы природы поведение попросту не могло бы осуществиться, его и запрещать нет смысла. Ни одно общество не попыталось отменить фотосинтез или запретить разноименным зарядам притягиваться друг к другу.

Наши понятия о «естественном» и «неестественном» почерпнуты не из биологии, а из христианского богословия. В богословии «естественно» то, что «совпадает с замыслом Господа, сотворившего природу и ее законы». Христианские богословы утверждают, что Бог сотворил человеческое тело и каждому органу назначил конкретную функцию. До тех пор, пока мы используем члены и органы своего тела в предусмотренных Богом целях, мы живем естественно, если же используем их вопреки Божьему замыслу — это противоестественно. Но у эволюции замысла нет. Органы развивались не по чьему-то указу, и «назначение» их меняется. Ни один человеческий орган не выполняет ныне в точности те же функции, что выполнял сотню миллионов лет назад его «прототип». Органы развиваются для выполнения определенных функций, это верно, однако уже существующий орган может затем быть приспособлен и для другого. Например, рот появился уже у древнейших многоклеточных организмов — как отверстие, через которое в тело поступает пища; мы до сих пор используем рот в этой функции, но еще и целуемся, разговариваем, а Рэмбо даже выдергивает зубами чеку из гранаты. И что, все это неестественно, раз наши червеобразные предки 600 миллионов лет назад ничего такого не проделывали?

И крылья тоже не развернулись сразу во всей своей аэродинамической красе. Они развились из конечностей, имевших другие функции. По одной теории, крылья насекомых образовались миллионы лет назад из выростов на теле бескрылых жуков. Жуки с выростами имели большую относительную поверхность тела, что позволяло поглощать больше солнечного света и лучше поддерживать комфортную температуру тела. Постепенно в процессе эволюции эти солнечные батареи увеличивались, и те же самые выросты — отличное приспособление, площадь большая, а вес почти не увеличивается — удерживали насекомое на долю секунды в воздухе, когда оно подпрыгивало. Обладатели крупных выростов прыгали дальше других, потом стали с их помощью планировать в воздухе, а там уже недалеко и до крыльев, удерживающих на высоте. В следующий раз, когда комар зажужжит над ухом, скажите кровососущей самке, что ведет она себя противоестественно: по Божьему замыслу ей следует использовать крылья исключительно как солнечные батареи.


А чуть погодя после этого разговора, после этих цитат, на которые я сам же ссылался, я вдруг задумался и полез читать про автора книги Юваля Ной Харари. Collapse )
Zly pies Srbski

Друзья, нужен совет

Я тут наткнулся на одну свою запись трёхлетней давности, не суть о чём, но там на фото опрометчиво был заснят ковёр в одной из моих комнат. Что вызвало бурление в комментах вместо того, чтобы обсуждать суть поста. Сейчас я посмотрел - ковёр в комнате так и лежит. И каждый раз, когда какие-нибудь гости заходят к нам в дом, первая фраза: "Обожэ, у вас ковёр". Не будем сейчас обсуждать, что не так у меня с ковром. Просто скажите мне, что у вас лежит в комнатах на полу? А то, если честно, я искренне недоумеваю, что мне надо положить на пол, чтобы у гостей нигде не бурлило, а мне было тепло, мягко и практично вести половую жизнь в этой комнате.

Collapse )