Злая собака (zly_pies) wrote,
Злая собака
zly_pies

Categories:

Не спи - кругом змеи. Цитаты вдогонку



«Не спи — кругом змеи». Так говорится по двум причинам. Во-первых, пираха считают, что если спать меньше, можно «закалиться», а это у них ценится. Во-вторых, они знают, что в джунглях опасности подстерегают на каждом шагу, а крепкий сон лишает человека защиты от многочисленных хищников, что бродят вокруг селения. Поэтому пираха смеются и болтают до глубокой ночи; сразу помногу они не спят. Мне редко приходилось слышать, что в селении все затихло, или видеть, что кто-то спит несколько часов подряд.
***
Пираха спят урывками (от пятнадцати минут до двух часов) и днем, и ночью. Всю ночь в селении стоит гул голосов. Поэтому чужакам часто бывает трудно заснуть среди пираха. Мне кажется, что они и правда соблюдают правило не спать, чтобы не укусили: ведь в джунглях слишком крепко спать бывает опасно. Индейцы, например, предупреждали меня не храпеть: «А то ягуар подумает, что ты свинья, и съест тебя», — говорили они весело.

Тут прямо не указано, но у пираха есть ещё одна особенность. Любые изменения в себе (возрастные или по ситуации) они воспринимают как неизбежное превращение в другого человека. Каждые 5-7 лет, если раньше не произойдёт какое-то значительное событие, они меняют своё имя. Потому что спустя время человек всё равно уже не тот, кто был раньше. На старое имя при этом они вообще не реагируют - старое имя принадлежит совершенно другому человеку, которого здесь больше нет. Поэтому есть ещё версия, что пираха мало спят, потому что боятся проснуться другим человеком (ведь во сне может произойти что угодно) и не заметить это.

Однажды, когда я приехал в Посту-Нову, я сходил к Кохоибииихиаи и попросил его позаниматься со мной, как всегда. Он не отвечал. Я спросил снова: «Ко Kohoi, kapiigakagakaisogoxoihi?» ‘Эй, Кохои, ты не хочешь со мной почертить на бумаге?’ Молчание. Я спросил его, почему он со мной не разговаривает. Он ответил: «Ты ко мне обращаешься? Меня зовут Тиаапахаи (Tiaapahai). Никакого Кохои тут нет. Меня раньше звали Кохои, но его больше нет, а есть Тиаапахаи».


Быт индейцев


Когда индеец пираха приходит в селение, он может сказать: «Я пришел». Но обычно обходятся и без этого. Если сделать подарок кому-либо из пираха, они иногда отвечают: «Хорошо», «Ладно», — но при этом они имеют в виду что-то вроде «операция подтверждена», а не «спасибо».
***
У них нет слова «извини»; они могут сказать «Я поступил дурно» или что-то в этом роде, но редко прибегают к этим словам. Пираха выражают сожаление не словами, а поступками.
***
На изготовление лука уходит дня три: один день на то, чтобы найти древесину одной из пяти пород, которые годятся на лук, и два дня на то, чтобы придать луку правильную форму и обтесать его. Пока мужчина изготовляет лук, его жена, мать или сестра делают тетиву из мягкой древесной коры, плотно скручивая ее полоски у себя на бедре. Затем нужно примерно три часа на изготовление каждой стрелы: найти материал для заготовки древка, прогреть на огне и выпрямить, а затем приделать подходящий наконечник из бамбука (на крупную дичь), заостренной щепки твердого дерева (на обезьяну) или из длинной узкой щепки с вставленным в нее гвоздем или осколком кости (на рыбу). Оперение и наконечник приматывают самодельной хлопковой ниткой. Я видел, как такие стрелы пронзали диких свиней, будто шампур: входили возле заднего прохода и выходили горлом.
***
Пираха делают мало вещей, и всегда это вещи временные. Например, если надо что-то отнести в корзине, они плетут корзину на месте из свежих пальмовых листьев. После одного-двух использований такая корзина высыхает и становится ломкой, и ее выбрасывают. С помощью этих же навыков они могли бы изготовлять более долговечные корзины, просто взяв более стойкий материал, например древесное лыко. Но они так не делают — как я понял, потому что не хотят. И это интересно: значит, им больше нравится изготовлять предметы прямо на месте.
***
Сами индейцы умеют изготовлять волчки, свистки, игрушечные лодки и резных кукол, но они делают игрушки, только если попросит чужак. Поэтому не ясно, это часть их родной культуры или нет. С тем же успехом может оказаться, что пираха подсмотрели игрушки у чужих или что они остались как напоминание о более древних, позабытых обычаях. Есть, впрочем, одно исключение: очень часто, после того как в селении побывал самолет, мальчики начинают собирать щепки бальсового дерева и мастерить модели самолетиков. <...> Когда самолеты прилетают, мальчики делают себе модели, выстругивая щепки ножами-мачете, и ловко раскрашивают красной краской из плодов аннато (это ярко-красные стручки с такими же семенами и маслом внутри) или, реже, берут каплю крови из пальца и раскрашивают ей.
***
Пираха в общем и целом не перенимают чужие идеи, философию или технологию. Конечно, они охотно пользуются приспособлениями, облегчающими труд, например механическими мельницами для маниоки и небольшими подвесными моторами для каноэ, однако они воспринимают эти предметы как «позаимствованные» у чужеземцев, и для заправки топливом, ремонта или замены им требуются знающие чужеземцы. В прошлом пираха отвергали любые приспособления, использование которых требовало изменения традиционных знаний, занятий или обычаев. Если прибор нельзя приспособить к традиционному образу жизни, от него отказываются.
***
Изоляция пираха вызвана ощущением собственного превосходства и презрением к прочим культурам. Они не считают себя ниже других оттого, что у них нет чего-либо, имеющегося в других языках и культурах, наоборот, они считают собственный образ жизни лучшим из возможных. Они совершенно не желают перенимать чужие ценности, поэтому культурные и языковые заимствования почти не просачиваются в пираха.
***
Образованное городское общество не может подготовить своих представителей к жизни в джунглях, но точно так же и культура пираха не готовит их к жизни в городе. Они не воспринимают некоторые предметы и явления, которые в западной культуре не представляют трудности даже для детей. Так, пираха не очень хорошо распознают двухмерные объекты, например, на рисунках и фотографиях. Они часто поворачивают фотографии набок или вверх ногами, а потом спрашивают меня, что они, собственно, должны увидеть. Сейчас они видят много фотографий, поэтому сейчас они распознают изображения лучше, но все равно это дается им нелегко.

Жизнь в амазонской сельве


Если вы полетите от боливийской границы, из Порту-Велью, в город Белен в устье Амазонки, то, если день ясный, все четыре часа полета под вами будет во все стороны, насколько хватает глаз, простираться зеленый ковер джунглей, который с севера на юг пересекают синие полосы рек, впадающих в «текучее море», как Амазонку называют индейцы тупи.
***
Я задумался о том, куда попал и какое мне выпало счастье — оказаться в этом чудесном мире дикой природы, мире индейцев пираха. Уже за первые два дня я пережил множество нового; например, впервые услышал металлический скрипучий крик туканов и хриплые вопли курицы гокко. До меня долетал аромат незнакомых деревьев и цветов.
***
Эйнштейн предполагал, что расстояние между двумя точками по течению старой извилистой реки примерно равно расстоянию между ними по прямой, умноженному на «пи».
***
На них [комаров и москитов] не надо злиться, даже когда замечаешь их коварство: они всегда садятся на затененные части тела — как раз туда, куда вы не смотрите. Почему не надо? Потому что злость доконает вас быстрее, чем кровососы.
***
Я схватил дубинку и прихлопнул паука. Пираха, собравшиеся в передней, наблюдали за нами. Когда я убил тарантула, они спросили, что это было. — Хоооi ‘Тарантул’, — ответил я. — Мы их не убиваем, — сказали индейцы. — Они безвредные и ловят тараканов.
***
Когда я думаю об этих хижинах [хижины пираха довольно примитивные, настил для сна да крыша из листьев], я вспоминаю мысль Генри Дэвида Торо, которую он высказывает в книге «Уолден, или Жизнь в лесу»: все, что на самом деле нужно человеку, — это ящик, который можно носить с собой, чтобы прятаться от стихии.
***
Часто я видел, как мужчины целыми днями ничего не делали, а только сидели вокруг тлеющего костра, болтали, смеялись, испускали газы и таскали из огня печеный сладкий картофель. Иногда к этой программе добавлялся еще один номер: они дергали друг друга за гениталии и ржали, как будто первыми на всей земле придумали этот изумительный трюк.
<...>
История с крышей [индейцы первый раз взяли Дэниела с собой в джунгли "на дело" для того, чтобы набрать нужного материала для новой крыши его дома] стала для меня началом знакомства с настоящим миром индейцев пираха — с джунглями, и благодаря этому я со временем стал думать о них лучше. Я понял, что они — едва ли не самые изобретательные в мире специалисты по выживанию. Увидев их в джунглях, я понял, что селение — это своеобразная гостиная, где они отдыхают. А по одному только отдыху людей не понять. Джунгли и река — вот их рабочее место, их мастерская, ателье и площадка для игр.
***
[Дэниел взошёл на борт корабля в речном порту] Я подошел к ним [капитану судна и помощнику, которые дремали в гамаках] и хлопнул в ладоши: так делают бразильцы, если надо постучаться, а двери нет.
***
Лишения научили меня правилу: если видишь на берегу Амазонки или ее притока дом — это спасение. Его обитатели, которых ты никогда в жизни не встречал, придут тебе на помощь в трудную минуту. Приютят, накормят, если надо, отвезут на лодке туда, куда тебе надо попасть. Отдадут последнее. Это кодекс Амазонии. Сегодня ты помогаешь другому в беде, потому что завтра в беду можешь попасть сам. Чистейший пример Золотого правила нравственности.
***
Мне показалось любопытным то, что мои спутники упорно ходили по городу гуськом, точно так же, как они ходят по джунглям. <...> Это понятно, когда идешь по узкой тропе в джунглях: там просто нет места, если, конечно, не приложить в два раза больше усилий и не прорубить просеку пошире (с еще большим риском надорвать спину), чтобы по ней могли пройти двое. И то ходить друг рядом с другом небезопасно: люди становятся более легкой добычей для хищников и не могут защищать друг друга от змей и прочих опасностей так, как идущие друг за другом. Когда люди ходят рядами в городе, это неэффективно с точки зрения пространства, зато идущим легче вести беседу, а прохожим проще воспринять их как группу.
***
Прохожие внимательно смотрели на босоногих и полуголых индейцев, а те отвечали прохожим тем же. Моих спутников восхитили бразильские женщины — ухоженные, приятно пахнущие, ярко одетые. Они поинтересовались у меня, не захотят ли эти женщины заняться с ними сексом. Я ответил, что сильно сомневаюсь, потому что эти женщины не знакомы с пираха.

Отношения в племени



Однажды я решил обратиться к одному из моих основных учителей языка, Каабооги, и спросить, не поработает ли он со мной. Я пошел к его хижине и, когда был уже рядом, обнаружил, что его брат Каапаси (Kaapasi) напился кашасы. Я слышал, как он кричал, чтобы маленькая белая собака Каабооги перестала лаять. Еще через несколько шагов — метрах в пятнадцати от хижины — я увидел и его самого. Тут он поднял свой дробовик и выстрелил собаке в живот. Собака взвизгнула и подпрыгнула; у нее ручьем хлынула кровь, а сквозь дыру в животе свисали внутренности. Наконец она рухнула на землю, подергиваясь и скуля. Каабооги подбежал и поднял ее; на его глаза навернулись слезы, а собака испустила дух у него на руках. Я испугался, что теперь он застрелит одну из собак Каапаси или нападет на него самого. Все племя не сводило глаз с Каапаси и Каабооги; все затихло, только собаки тявкали. Каабооги сидел, не выпуская свою собаку из рук, и в его глазах стояли слезы. — Ты не будешь мстить Каапаси? — спросил я. — Ты о чем? — удивленно переспросил Каабооги. — Что ты будешь делать, раз он застрелил твою собаку? — Ничего. Я не сделаю плохо брату. Он повел себя как ребенок. Плохо поступил. Но он пьяный, у него голова не работает. Зря он мою собаку убил. Она мне как ребенок. Даже если их разозлить, как сейчас Каабооги, индейцы пираха умеют отвечать на обиду с терпением, любовью и пониманием — редко где еще я видел подобное.
***
Я стал размышлять и вспомнил, что пираха не сюсюкают с детьми. В их обществе дети — это просто люди, и их следует уважать не меньше, чем взрослых.
***
«Бедный малыш, дай я поцелую и все пройдет». Индейцы поражаются, когда видят, как это делают родители у других народов. Им даже смешно: «Они что, не хотят, чтобы дети могли сами о себе позаботиться?» — спрашивали индейцы у меня.
***
Философия родительства у пираха напоминает дарвинизм: такое воспитание дает на выходе крепких и стойких людей, которые не думают, будто кто-то им что-то должен. Люди этого народа знают, что повседневное выживание зависит только от их собственных навыков и умения терпеть.

Однако же, на деле всё оказывается не так просто. Несмотря на то, что индейцы готовят своих детей к самостоятельности и принципу "никто никому не обязан", вот что происходит у них помимо того:

В селении я заметил одного старика, Ка’а’аи (Kaxaxai; это значит Аллигатор), который забавно ковылял и не мог уже охотиться или ловить рыбу По вечерам он собирал понемножку хворост для селения. Я спросил одного из мужчин, зачем он кормит Ка’а’аи, если тот ничего в ответ для него не делает. Он ответил: «Он меня кормил, когда я был маленький. Теперь я кормлю его».
***
Еще один пример соплеменничества - в обращении с детьми и стариками. Отец семейства может покормить чужого ребенка и позаботиться о нем по крайней мере некоторое время, если тот остался без присмотра даже всего на день. А однажды в джунглях потерялся один старик. Все селение искало его три дня, почти не прерываясь на еду и сон. Индейцы были очень растроганы, когда наконец нашли его: он не пострадал, но очень устал и был голоден, а в руках держал заостренную жердь, чтобы отгонять диких зверей. Соплеменники обнимали его, улыбались, называли его baixi, а придя в деревню, хорошенько накормили сообща. Это также много говорит об их чувстве общности друг с другом.
***
Поскольку развод не считается предосудительным и случается часто, танцы и пение могут сопровождаться сексуальной близостью, а молодежь занимается сексуальными экспериментами сразу по достижении половой зрелости или даже раньше, разумно предположить, что за свою жизнь многие индейцы успевают переспать с большей частью всего племени. Уже одно это означает, что их общественные отношения будут несравненно теснее, чем в более крупных социумах (общество, в котором все со всеми спали, становится крепче)
***
Оральный секс они называют «лизаться, как собаки», но это сравнение с животными не оскорбительно: они считают, что животные — это хороший пример для подражания. Половое сношение описывается в их языке как еда: «я съел ее».
***
— Что случилось с Кохоибииихиаи? Ибаихои’ои держит его за волосы и бьет палкой. — А, это он с другой загулял ночью, — усмехнулся Ахоабиси. — Поэтому его женщина на него злится. Сегодня никуда его не пустит. Раз Кохои, сильный мужчина и бесстрашный охотник, пролежал так весь день, позволяя жене колотить его сколько угодно (через три часа я снова проходил мимо и обнаружил их в той же позиции), значит, это наказание хотя бы отчасти добровольное. Однако, с другой стороны, это был способ загладить вину, предусмотренный в культуре.

Язык и культура пираха


Вслед за новаторскими работами социолингвиста Делла Хаймса я назвал эти формы языка каналами дискурса. В языке пираха существуют пять таких каналов, каждый из которых выполняет уникальную функцию в культуре этого этноса. Таковы свист, мычание, музыкальная речь, выкрики и, наконец, стандартная речь — с использованием согласных и гласных.
***
Женщина издавала ритмичное мычание, адресуя эти звуки ребенку, лежащему у нее на коленях, а тот не переставал энергично сосать молоко. Я наблюдал за этой сценой и лишь спустя некоторое время понял, что мычание — это не что иное, как описание кита и эскимоса, изображенных на страницах журнала. Ребенок время от времени отвлекался от груди и посматривал на картинки, а мать старалась показать их ему и начинала при этом мычать громче.
***
Мычание звучит очень тихо, подобно тому как мы шепчем, и поэтому его всегда используют в частных конфиденциальных разговорах. Вообще пираха не шепчут, они вместо этого мычат. Я поражался этому до тех пор, пока немецкий лингвист Манфред Крифка не пояснил мне очевидную причину такого поведения. Во время шепота голосовые связки не могут производить звуки разной высоты, поэтому шепот на языке пираха окажется неразборчивым. Мычание используется также при разговорах с набитым ртом. И, наконец, с его помощью мать нередко общается со своим ребенком.
***
Почему-то свист как средство передачи информации в ходу только у мужчин и в других языках. Мужчины обмениваются такими сигналами на охоте, а мальчики пользуются свистовой речью в агрессивных играх друг с другом.
***
В тот вечер я сидел за столом и впервые за долгое время ел салат из помидоров и капусты. Пришел Ахоапати (Xahoapati) и ошеломленно уставился на мою трапезу:
— Для чего ты ешь листья? Разве у тебя нет мяса? Пираха очень щепетильны в вопросах еды и считают (как и мы, в определенной мере), что суть человека видна по тому, что он ест. Я заверил его: — Нет, у меня много консервов. Но я люблю эти листья! Я не ел их уже много лун! Мой друг-пираха посмотрел на меня. Потом на листья. Потом снова на меня. — Пираха не едят листьев, — сообщил он, — Вот поэтому ты и не говоришь на нашем языке хорошо. Мы, пираха, хорошо говорим на нашем языке, и мы не едим листьев. Он ушел, вероятно, полагая, что только что дал мне ключи к изучению его языка.
***
С точки зрения пираха, их язык происходит из их образа жизни и из их отношений с другими пираха. Они не воспринимали мои правильные ответы на их вопросы как признак владения языком (точно так же, как я не считаю, что мой телефон с автоответчиком — носитель английского языка). Для индейцев я был чем-то вроде попугаев ара, которых так много водится по берегам Майей, а то, как я «говорил», было для некоторых из них этаким забавным курьезом или трюком. Я, в сущности, не говорил вовсе.



Во многих культурах, в частности американской и европейских, ориентирование на месте относительно и зависит от положения нашего тела (например, слева или справа); некоторые авторы называют это эндоцентрической ориентацией. У других народов, таких как пираха, ориентирование в пространстве связано с объектами, находящимися вне человеческого тела (экзоцентрическая ориентация).
***
У пираха же нет телесной эндоцентрической системы. Они пользуются только недвусмысленной внешней системой (хотя, конечно, у них есть преимущество: они всегда находятся рядом с рекой, по отношению к которой и определяют свое местоположение). По этой причине им приходится осмыслять свое положение в мире более явно, подробно и последовательно, чем мы. В свою очередь, это значит, что язык заставляет пираха осмыслять мир иначе, чем мы.
***
Как я заметил, на протяжении всей охоты направления обозначались или применительно к реке (вверх по реке, вниз по реке, к реке), или применительно к джунглям (в джунгли). Пираха — в отличие от меня, полностью потерявшего ориентацию в пространстве, — знали, где находится река. По-видимому, они все ориентировались по известным им географическим объектам, а не по положению тела, в отличие от нас, привыкших указывать направление по левую или правую руку. Я не понимал этого; а слов, означающих левую и правую руки, я в их языке так и не нашел.
***
Хомский был одним из первых, кто задал вопрос: как люди могут производить неограниченное число предложений, используя явно ограниченный объем мозга? Очевидно, существует некий инструмент, благодаря которому возможно — если верить распространенной сентенции — «бесконечное использование конечного числа средств» (хотя, на мой взгляд, ни один лингвист не может дать адекватное научное толкование данной фразы). Хомский утверждает, что этим фундаментальным инструментом, основой для всех творческих возможностей человеческого языка, является рекурсия. <...> Рекурсия — это ключ к творческому потенциалу языка: благодаря наличию этого инструмента грамматика может производить бесконечное множество предложений неограниченной длины.<...> Из существования рекурсии следует важный вывод: если в языке есть рекурсия, то на нем нельзя составить одно самое длинное предложение. Например, в английском языке любое произнесенное кем-либо предложение можно сделать длиннее. Скажем, предложение The cat that ate the rat is well ‘Кошка, которая съела крысу, чувствует себя хорошо’ можно удлинить: The cat that ate the rat that ate the cheese is well ‘Кошка, которая съела крысу, которая съела сыр, чувствует себя хорошо’, и так до бесконечности.


Миссионерство


Они [речные торговцы и другие "цивилизованные" бразильцы] часто сравнивали пираха с обезьянами. Я думаю, что расисты во всем мире одинаково привыкли уподоблять какую-то одну группу Homo sapiens более примитивным приматам, то есть называть их обезьянами. Речники Амазонии считали, что индейцы кудахчут, как куры, и гримасничают, как обезьяны. Я пытался их переубедить, но бесполезно. Поскольку торговцы считали меня хозяином племени пираха, они нередко просили меня дать им несколько индейцев на работы. Но я, конечно, был никакой не «патран» и поэтому говорил, что им придется договариваться с пираха самим.
***
— Я хочу, чтобы ты остался, — ответил Ахоабиси. — Племя хочет, чтобы ты остался. Но не указывай нам, что делать! — Не буду указывать, — пообещал я; было неловко, что у него сложилось такое впечатление обо мне. Мы еще немного побеседовали на более легкие темы: рыбалка, охота, дети, торговля. Потом я встал и ушел к себе, забрав пустой термос и чашки. Я чувствовал, будто меня пристыдили. Тогда я понял, что неверно истолковал то, как меня принимали пираха, и этим едва не накликал беду: я вообразил, что раз я миссионер, то для них я непременно покровитель, облеченный властью.

Данный разговор произошёл на следующий день после того, как очередной речной торговец споил всё племя и подговорил мужчин убить Эверетта, поскольку тот встал на защиту их интересов, не дав их обмануть во время нечестной сделки. Лишь по счастливой случайности Дэниел подслушал разговор мужчин, которые обсуждали то, как и когда будут его убивать. Поэтому он заранее, пока все пили водку, прошёлся по деревне и собрал оружие, которое спрятал под замок в своём доме.
***
Мне кажется, что я особенно не задумывался о культуре индейцев пираха потому, что поначалу разочаровался в ней. Пираха не носят головных уборов из перьев, не проводят сложных ритуалов, не раскрашивают тело красками, и вообще у их культуры нет экзотических внешних проявлений, как у многих других племен Амазонии. В тот момент я еще не понимал, что культура племени пираха так же уникальна, как и их язык. Их культура была консервативна, и в ней была сила, хотя и неявная; она проникала во все пласты их языка. Но поскольку я этого еще не понимал, то жалел себя, сокрушаясь, что мог бы работать с «более интересным народом».
***
Жена Дэниела Керен тяжело заболела (это оказалась малярия) и он принял решение прекратить миссию и вывезти её в цивилизацию с детьми. Это было страшно авантюрное и рискованное мероприятие, поскольку Эверетт не сказать, что был прямо подготовлен к подобным самостоятельным путешествиям по джунглям
Она едва приходила в сознание. На берегу, когда я начал спускаться к воде, Керен очнулась и стала кричать и биться. — Что ты делаешь? Бежишь? Ты не веришь в Бога? Где твоя вера? Нам надо остаться и привести их ко Христу!


Фото взято из статьи о пираха, но, признаться, вызывает у меня определённые сомнения по ряду причин. Мне кажется, этот ребёнок отношения к пираха не имеет никакого.

Принцип непосредственного восприятия означает, что если вы чего-то не видели сами, ваши рассказы об этом никому не интересны. Из-за этого индейцы пираха практически неуязвимы для проповеди, основанной на историях из далекого прошлого, которое не застал никто из живущих. И это объясняет, почему они так долго сопротивлялись миссионерам. Мифы о сотворении мира не выдерживают проверки доказательством.
***
— Эй, Дэн, а как выглядит Иисус? Он темный как мы, или светлый как ты?
— Ну, я сам его не видел. Он жил давным-давно. Но у меня есть его слова, — ответил я.
— А откуда у тебя его слова, если ты его сам не слышал и не видел?
Затем они давали понять, что если я сам не видел этого парня (и не в переносном смысле, а буквально), то мои истории о нем им неинтересны. И точка.
***
Можно ли жить, не опираясь на подпорки религии и истины? Пираха живут именно так. Конечно, некоторые заботы у них такие же, как и у нас, поскольку многие наши проблемы определяет биология, а не культура (наши культуры приписывают смысл проблемам, которые глубинного смысла не имеют, но оттого не менее реальны). Однако они проводят большую часть жизни, не заботясь этими трудностями, так как сами дошли до осознания того, как полезно жить сегодняшним днем. Пираха просто концентрируются на том, что непосредственно их окружает, и тем самым одним махом избавляются от всех источников беспокойства, страха и отчаяния, которые не дают вздохнуть столь многим в нашей западной культуре.
***
Им не нужна истина как некая извечная реальность. Эта идея не имеет никакой ценности для них. Истина для них — это поймать рыбу, грести в лодке, смеяться вместе с детьми, любить своего брата, умереть от малярии.
***
Пираха показали мне, что можно с достоинством и подлинной радостью встречать жизнь и смерть лицом к лицу, не уповая на небеса и не страшась преисподней, что можно с улыбкой идти навстречу великой бездне. Этому я научился от них, и за это я буду им благодарен всю свою жизнь.
Tags: занимательная антропология, книги, цитаты
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 26 comments